Категория: Культура казачества
Опубликовано 13 Сентябрь 2013
Печать

 

Казачьи обряды.

Главными этапами жизни казака были свадьба и проводы в армию. Все это сопровождалось определенными обрядами, которые передавались из поколения в поколение.

В жены казаку сваты старались выбрать девушку как ровную по социальному происхождению, имущественному положению, так и трудолюбивую.  Брак казачки с женихом иного сословия считался неравным. На плохом счету были девицы, которые  неоднократно отказывали женихам. К тому же действовал принцип майората, согласно которому младших дочерей нельзя было выдавать замуж раньше старших, поэтому часто бывало, что жених, придя свататься к младшей, женился на старшей дочери.

Казаки вступали в брак довольно рано – парни в среднем с двадцати лет, девушки – с восемнадцати. Желая женить сына, его отец обычно зазывал в сваты («старосты») двух женатых мужчин средних лет, угощал и просил их: «Пийдить, похлопочить за моего сина». Мать жениха вручала делегатам «паляницу» (хлеб), и компания отправлялась в дом невесты. Ключевым моментом сватовства был ритуал передачи хлеба. Если девица принимала хлеб жениха и взамен вручала собственную паляницу, она тем самым давала согласие на брак. Отказываясь от принесенного сватами хлеба, гордячка отвергала жениха. Девица считалась засватанной с того момента, как она разрезала хлеб. Если молодой казак надолго отлучался из дома (например, на военную службу), его могли сосватать, так сказать, заочно. Проводился обряд сватовства по шапке, во время которого жених отсутствовал, а его место занимал его головной убор. По возвращении он отправлялся в семью невесты и предъявлял свою шапку, по которой его должны были узнать.

После смотрин невесты (сватовства) происходило рукобитье: жених с матерью, отцом и родней приходил в дом суженой. Родители в знак союза давали друг другу руки. Жениха и невесту ставили рядом, соединяли им руки и говорили: "Дочь, вот тебе жених, а тебе, мой сын, невеста. Да благословит Господь Бог союз ваш". 

Далее шел сговор, который считался куда торжественнее рукобитья. Приглашались гости со стороны жениха и невесты, готовили 10 или 20 блюд с кренделями, пряниками, орехами, винными ягодами, финиками. Сговор заканчивался тем, что жених и невеста подносили всем гостям вино. Затем начинались игры, танцы под балалайку, а после под звуки оркестра, состоящего из двух скрипок, дудочки и цимбалов. Невеста должна была переменить два-три платья, показывая тем самым достаток. 

За несколько дней до свадьбы смотрели приданое невесты: постель, платья в сундуках. По искусно сделанной вышивке, сплетенному кружеву судили о том, какая хозяйка входит в дом. Накануне свадьбы устраивали девичник. Приходили подруги невесты, и здесь она как бы прощалась со своей девичьей волей, со своими подружками и прежней жизнью. 

Свадебная церемония проводилась в воскресение (в субботу свадьбы не праздновались: считалось, что это влечет тяжелую жизнь). Невесту убирали в брачную одежду. Отец с матерью благословляли дочь. Жених, также получив благословение родителей, отправлялся к невесте в сопровождении «храброго поезда», т.е. холостых друзей жениха. Из дома невесты все отправлялись в церковь, где над молодыми совершалось таинство венчания. После этого молодые и гости направлялись в дом жениха. На крыльце молодоженов встречали родители жениха с хлебом и солью, осыпали их орехами, зерном, конфетами, мелкой монетой – символами добра, счастья, благополучия. Всех приглашали за столы, произносили три тоста – «за князя с княгинею», за родителей жениха и невесты, после чего выходил дружка и говорил: "Сыр, каравай принимай, молодых одаряй!". Караваем закладывали хозяйственную основу новой семьи. Дарили новобрачным скот, материю, посуду, деньги, иногда даже дом с садом. После даров начинался пир, веселье, которое продолжалось до самого утра. 

На второй день свадьбы носили «калину» – символ чести невесты. Сваха со стороны жениха наряжала красными лентами две зеленые ветви любого дерева и вместе с родственниками жениха шла к родителям невесты благодарить за дочь, по пути приглашая всех гостей на вторые столы. Когда носили «калину», все ее участники старались одеться посмешнее. Мужчины одевались в женскую одежду, а женщины – в мужскую. Но бывало и по-другому. Если невеста не сохранила свою честь, то на ее родителей надевали хомут с намеком на то, что они не сумели удержать свою дочь, а иногда даже такую невесту на второй день возвращали родителям. 

Со вторника до конца недели гости обходили дома всех гулявших на свадьбе, а в субботу или воскресенье новобрачные шли в гости к тестю на «покалачини». Тот созывал близких родственников на последнее гуляние, и тем завершалась свадебная эпопея.

Проводы в армию молодого казака тоже сопровождались ритуалами. Чтобы благополучно отслужить и вернуться домой, он выходил из дома спиной вперед из комнаты в комнату, из хаты во двор, поочередно закрывая за собой двери. Потом закрывал дверь на замок, а ключ отдавал родителям. На границе станичного юрта новобранец брал горсть земли и засыпал ее себе за воротник: считалось, что родная земля сбережет от погибели.

После благословения отца казак кланялся в ноги матери, отцу, дядям, теткам, обнимал жену, детей, говоря при этом: «Простите меня, родной батюшка! Простите, родная матушка! Прости, милый друг, — обращался к жене, — жди меня, быть может, Бог даст — вернусь!" 

Уходя на войну, казак также обязательно брал горсть земли у церкви или на кладбище с могилы отца, матери, либо в саду у самого дома. Земля зашивалась в мешочек, привешивалась к кресту на грудь. Если казаку суждено было быть убитым, родная земля первой ложилась ему на грудь. 

Сам обычай торжественно провожать и встречать донских казаков из походов, со службы, войны уходит своими корнями в далекое прошлое. Еще в XVII в., когда казаки собирались в сухопутные или морские походы за «зипунами», перед отправлением весь народ собирался около часовни или церкви. Вместе с походным атаманом и Войском слушали обедню, молили Николая Угодника о покровительстве и помощи. Потом все выходили на площадь, где были приготовлены мед и вино, пили прощальный ковш, провожали походное войско до судов. На берегу запевали взаимное прощание и оставались до тех пор, пока лодки не терялись из виду. 

Если поход был удачен, день возвращения казаков праздновался с особенным торжеством. Все население стекалось на берег Дона. Победители, одетые в лучшие одежды, с распущенными знаменами, с песнями при звуках литавр, торжественно проплывали мимо стоявшей толпы, приветствуя родные берега пушечными и ружейными выстрелами. 

Если проводы казака были связаны с грустью и печалью расставания, то встреча была радостным событием в жизни каждой казачьей семьи. Встречали казаков не только родные и близкие, но и все жители станицы. Казаки въезжали в станицу торжественно, один из них держал образ Святого Спасителя. Казаков встречали с хлебом-солью, затем все отправлялись в храм, где служили молебен, и казаки передавали храму принесенный дар, так как все успехи и удачи в военных делах казаки приписывали милости Божьей. Но часто в казачьем храме можно было увидеть икону Божьей Матери, украшенную жемчугом. Это казачьи вдовы клали по жемчужине на икону Богородицы в вечное поминовение убиенных мужей. 

Казаки придавали большое значение поминальному обряду. Для казака считалась достойной смерть на поле брани или в кругу семьи. Старики готовили себя к смерти, но встретить ее спокойно мог только тот, кто достойно жил, стремился не делать зла и кто не был одиноким, имел родных. По народному пониманию, чем больше грехов, тем труднее умирать.

Хоронили казаки по православному обряду. Тело покойника обмывали: мужчины – мужчин, женщины – женщин. На покойника одевали только новую одежду. Нательное белье шилось руками. Гроб несли на руках. Это было обязанностью сына, родственников так проводить в последний путь родителя. Священник отпевал покойника дома или в церкви и на кладбище. Хоронили 
на третий день. И обязательно устраивали поминки: в день похорон, на 9-й и 40-й дни и в годовщину смерти.

Если человек умирал в пост, то готовили постную поминальную еду: варили уху или суп с рыбными катушками. Делали котлеты из рыбы, подавали жареную или маринованную рыбу, пекли пирожки с постной начинкой, подавали чай и компот. Обязательно варили кутью (отваренный рис с медом или изюмом). Если человек умирал в обычное время, то готовили домашнюю лапшу из курицы или борщ с мясом, варили яйца, делали котлеты мясные, пекли пирожки с мясом и повидлом. Подавали также компот или чай.

Всех, кто был на кладбище, приглашали на обед. Все входящие во двор обязательно мыли руки за калиткой. На обеде ели только ложками, вилок не подавали и желательно, чтобы ложки были деревянными. Когда в станице умирал человек, то «звонили по душе». Если умирал 
ребенок, то звон колокола был высоким, если умирал пожилой человек, звон был низким.

 

Контакты

 г. Новосибирск, ул. 1905 года, 85/2 (вход со двора).

 Телефон: (383) 373-25-31.

E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.